Калининград. Впечатления провинциалки
Кафедральный собор
Кёнигсбергские мосты и Леонард Эйлер
«Мадам, я приехал из страны, где тех,
кто разговаривает, вешают».
Леонард Эйлер – королеве Пруссии о России
Пройдя по Медовому мосту и оставив монетки добродушному дедушке Карлу, наша группа вышла на Остров Канта. Его прежнее название – Кнайпхоф, и его история связана с великими личностями и событиями.
До образования города остров назывался Фогтсвердер. Если дословно переводить с немецкого (нем. Vogtswerder, от Vogt – фогт и Werder – речной остров), название означает «речной остров фогта» или «речной остров, принадлежащий фогту» – чиновнику исполнявшему в средневековой Германии административные, судебные, полицейские и фискальные функции на определённой территории, именуемой иммунитетной, т. е. такой, на которой её землевладелец имел определённые привилегии и, соответственно, мог осуществлять в своих владениях некоторые государственные и административные функции без вмешательства представителей центральной власти.
К 1327 году остров уже, похоже, выбыл из владения фогта и был довольно прилично заселён. Настолько прилично, что стал претендовать на звание города. Правитель этих земель согласился с доводами администрации поселения, даровав острову права города. В грамоте от 1327 года, зафиксировавшей городские права поселения на острове, город именуется как Книпав (нем. Knipaw). Это прусское название, как и названия прилегающих территорий, обозначает болотистую почву, топь – характерную особенность долины Прегеля в этих местах.
В 1333 году город получает новое, уже немецкоязычное, имя – Прегельмюнде (нем. Pregelm?nde, от Pregel – Преголя и M?ndung – устье), которое, однако, не прижилось. Вместо него в употреблении закрепилось прежнее название – Книпав, но в его онемеченной форме – Кнайпхоф.
К концу девятнадцатого века остров уже был плотно застроен жилыми домами, здесь находились Кафедральный собор, ратуша и университет.
В августе 1944 года после массированной британской бомбардировки на острове уцелели только стены Кафедрального собора. Восстановление острова началось в семидесятых, был заложен дендрарий и парк скульптур.
Сейчас Остров Канта – парковая зона, через которую проходит центральная аллея. Вдоль всей аллеи установлены садовые скамейки для отдыхающих. В дендрарии произрастает более двух с половиной тысяч видов растений, из них 39 редких видов, занесённых в Красную книгу. Например, североамериканская секвойя, имеющая на сегодняшний день постоянную прописку в Международной Красной книге. Осенью, со слов местных жителей, остров Канта великолепен, он окрашивается в золотые и багряные тона. Особенно украшают остров североамериканские клёны с их жёлтой и красной листвой.
Время экскурсии ограничивало нас, поэтому прогуляться пришлось только по юго-восточной части острова, о которой из рассказа экскурсовода узнали много удивительного и даже… мистического.
Например, то, что у острова есть свой призрак. Видеокамеры в Кафедральном соборе время от времени снимают что-то непонятное, не поддающееся объяснению. Охранники же собора рассказывают, что хоть и не видят приведение, но чувствуют его присутствие. Призрак какого исторического лица блуждает по собору и не находит покоя в мире ином, не установлено.
А ещё, как утверждают калининградские знатоки древних манускриптов, на острове можно совершенно случайно (!) попасть в магическую воронку-портал в другие миры. К счастью (или несчастью?!) за время экскурсии по острову никто из нашей группы в такую воронку не попал. Некоторые даже жалели об этом. Причем, довольно сильно!
Все это, конечно, трудно проверить, но… Есть и реальная, но очень интересная история, связанная с островом. Суть её заключается в решении математической задачи «Семь мостов Кёнигсберга». Но обо всем – по порядку!
В Кёнигсберге на реке Прегель находились два острова – Кнайпхоф и Ломзе. Друг с другом и с берегами реки они соединялись семью мостами. Среди жителей Кёнигсберга была распространена загадка: как пройти по семи мостам, не проходя ни по одному из них дважды?
Многие горожане пытались разгадать её во время прогулок по городу и его мостам. Некоторые пытались решить теоретически, составляя различные схемы. Но никому так и не удалось доказать или опровергнуть реальную возможность существования такого маршрута.
По распространенной в Калининграде легенде, даже барон Мюнхгаузен, будучи на острове проездом, возвращаясь со службы в русской армии, отправился как-то ночью с острова Кнайпхоф прогуляться по мостам, чтобы найти свой оригинальный способ перейти все семь мостов Кёнигсберга только по одному разу.
Только в восемнадцатом веке математику Леонарду Эйлеру удалось решить эту задачу и доказать, что составить такой маршрут (сейчас его называют эйлеровым циклом) невозможно.
Он представил каждую часть города как вершину графа, а каждый мост как ребро, соединяющее эти вершины. Здесь, думаю, стоит на пару минут отвлечься от острова Канта для того, чтобы уяснить смысл понятий, положенных в основу доказательств (умозаключений) учёного.
Граф в математике – совокупность двух множеств: множества вершин и множества их парных связей, называемых множеством рёбер. В науке и технике графы также активно используются. В настоящее время наиболее масштабное их применение – в информатике и сетевых технологиях.
Если внимательно осмотреться вокруг, то та же схема авиамаршрутов, что висит на стене в зале ожиданий любого аэропорта – простейшая модель графа, вершинами которого являются города, а рёбрами – рейсы, соединяющие пары городов. Дерево каталогов в нашем компьютере – тот же граф: диски, папки и файлы являются его вершинами, а рёбра показывают в какие папки и диски вложены, соответственно, файлы или папки.
Так вот вернёмся к Эйлеру. Учёный доказал, что для существования маршрута, которым можно пройти по семи кёнигсбергским мостам, не проходя ни по одному из них дважды, необходимо, чтобы из каждой вершины графа выходило чётное число рёбер (степень вершины должна быть чётной). В Кенигсбергской задаче степень каждой вершины была нечётной (из двух частей города выходило по три моста, из двух других по пять), что означало невозможность существования эйлерова цикла.
С загадкой «Семь мостов Кёнигсберга» в этот день мы еще раз встретимся в Музее мирового океана, но об этом я расскажу чуть позже.
Одно из немногих
готических сооружений России
«Здешняя кафедральная церковь огромна.
С великим примечанием рассматривал я там
древнее оружие, латы и шишак благочестивейшего
из маркграфов бранденбургских
и храбрейшего из рыцарей своего времени».
Н. М. Карамзин. «Письма русского путешественника»
Главной достопримечательностью острова Канта (бывш. остров Кнайпхоф) является Кафедральный собор. Над главным входом в него расположена надпись «Иисус сказал: Я есмь дверь. Тот, кто входит через меня, будет спасён». Внутри собора находятся лютеранская и православная часовни, зал с органом и музей Иммануила Канта, завораживают высокие, красочные, освещённые солнечными лучами витражи; они сияют, создавая особое праздничное настроение в соборе. Снаружи его стены украшены большими стрельчатыми окнами. Здание постепенно оседало, и в шестнадцатом веке пришлось замуровать часть окон, теперь они глухие.
Витраж в Кафедральном соборе
Высота южной башни собора более 50 метров. Осенью 1995 года на башне собора были установлены часы, копия старинных часов семнадцатого века, и четыре колокола. Новые, современные часы, изготовленные известной фирмой «Сименс», являются самыми точными часами Калининграда, так как за «фасадом», повторяющим облик тех, что погибли во время войны, скрывается современнейший механизм, сверяющий время по спутнику.
Шпиль башни увенчан флюгером-русалкой, по легенде появившейся на нём в шестнадцатом веке. А дело было так: на пивоварне, недалеко от Медового моста, случился сильный пожар. Ветром огонь перенесло на башню собора и она полностью сгорела. Новую башню строили долго, около десяти лет. И на шпиль восстановленной башни водрузили русалку. Считалось, что русалка трубит в горн отплывающим из кёнигсбергской гавани кораблям, чтобы защитить моряков от чар других сирен, которые могут повстречаться на их пути.
Северная башня Кафедрального собора наклонена на 45 сантиметров от своей оси, что делает её похожей на Пизанскую башню.
Точная дата начала строительства собора на новом месте неизвестна. Формально его «днём рождения» считают 13 сентября 1333 года (первое упоминание в документах). Именно в этот день магистр Тевтонского ордена дал разрешение на продолжение строительства собора.
Дело в том, что первоначальный проект предполагал строительство собора-крепости: территория ведь только-только завоевана. И, мало ли… Прежние хозяева земель начнут настойчиво предъявлять свои права на них. Как тогда без крепостных стен? Но гроссмейстер Ордена Лютер Брауншвейгский не дал на то высочайшего разрешения, справедливо отметив, что незачем, мол, «строить вторую крепость всего лишь на расстоянии полёта стрелы от орденского замка». Соответственно, когда приостановленное строительство было возобновлено, собор возводился уже исключительно как культовое сооружение.
А на новом месте потому, что первый кафедральный собор был построен между 1296 и 1302 годами в юго-западной части Альтштадта. Но, вот незадача! После смерти епископа Зигфрида, при котором началось строительство собора, новым епископом стал Иоганн, которому уже построенный культовое сооружение показалось… Ну, очень уж маленьким! По его просьбе в 1327 году магистр Тевтонского ордена выделил новый участок для строительства главной церкви города на острове Кнайпхофе.
Материалом для нового собора стали кирпичи старого, который, сами понимаете, пришлось снести.
Грунты на территории, где строился собор, оказались «подвижными», поэтому их приходилось укреплять, забивая под фундамент дубовые сваи. Для решения этой задачи пришлось забить более тысячи свай.
Строили собор в стиле кирпичной (балтийской) готики, расцвет которого пришёлся на эпоху Тевтонского ордена в Восточной Пруссии. В России он является одним из немногих готических сооружений. Для его строительства использовались красные кирпичи с клеймами изготовивших их мастеров. Каждый мастер выжигал на кирпичах свои особые знаки: звёзды, кресты и другие метки.
Первоначально собор был католическим, после реформации перешел к лютеранам. С середины шестнадцатого века он находился в распоряжении Кёнигсбергского университета Альбертина, который располагался рядом. В соборе проводились службы, венчания и университетские лекции, он служил местом упокоения для представителей кёнигсбергской знати. Здесь похоронены великие магистры Тевтонского ордена, прусские герцоги и епископы, профессора Альбертины. За свою долгую «немецкую» историю собору вынужденно приходилось исполнять не только культовые функции. Так в 1344 году граф Вильгельм IV Голландский испросил у епископа разрешения провести зиму в ещё недостроенном соборе не только вместе со своими людьми, но и лошадьми. И в его просьбе ему не было отказано. А в 1807 году часть собора (Если конкретнее – фамильная усыпальница Альбрехта) использовалась французами в качестве военной тюрьмы. Пятью годами позже те же французы, отступая из России, осквернили усыпальницу собора, устроив в ней конюшню.
В советские времена не один раз поднимался вопрос о сносе практически полностью разрушенного собора. Однако партийное руководство не решилось на это, так как на территории собора находилась сохранившаяся могила философа Иммануила Канта. Советские руководители знали, что Владимир Ильич упоминал его в своих трудах, как предвестника идеологии марксизма.
Так что именно благодаря Иммануилу Канту руины собора продержались до 90-х годов прошлого века. А в 1992 году началось его восстановление, продолжающееся и по сей день...
Иммануил Кант и его могила
«Дайте человеку всё, чего он желает,
и в ту же минуту он почувствует,
что это всё – не есть всё».
Иммануил Кант. «Критика практического разума», 1788
Иммануил Кант (1724-1804), знаменитый немецкий философ, родился, вырос в Кенигсберге и всю жизнь, прожил в этом городе. Именно он и похоронен у северо-восточной стены калининградского Кафедрального собора.
Могила Канта
Могила Канта
Кант родился в семье ремесленника-шорника и получил строгое религиозное воспитание, но увлечение научными познаниями и размышлениями постепенно вытеснило религию из его жизни. Окончив университет в Кёнигсберге, Иммануил начал преподавательскую деятельность. В университете он читал лекции по философии, математике, физике, географии, антропологии. Дважды его избирали ректором его альма-матер. Кант никогда не был женат и считал, что семейные отношения мешали бы научной деятельности. Учёный в течение всей своей жизни придерживался строгого распорядка дня. Он считал, что такой режим укрепляет его. Ежеутренне, в пять часов, Канта будил его слуга, Лампе, выкрикивая: «Подъём!». День Иммануила был расписан по минутам. Утро учёный посвящал своим научным работам. Затем отправлялся в университет читать лекции. Единственный приём пищи за сутки – сытный обед в час дня. Кант никогда не обедал в одиночестве, только в компании с друзьями. За столом постоянно поддерживалась интересная беседа. Философ придумал застольное правило: «Число гостей должно быть больше количества граций, но не должно превышать количество муз». За обеденным столом всегда собирались не меньше четырёх человек, иначе, по мнению Канта, беседа может получиться скучной и неинтересной. Ритуалом учёного стала ежедневная двухчасовая прогулка: в любую погоду по одному и тому же маршруту. Его друг бургомистр Теодор Готфрид фон Гиппель назвал прогулочный маршрут Канта «философской тропой». Иммануил был настолько пунктуален, что по его появлению на улице горожане могли сверять часы. Во время Семилетней войны город взяли русские войска, но Кант остался в Кёнигсберге и в 1758 году присягнул императрице Елизавете Петровне, на какое-то время став российским подданным.
Портрет Канта; хранится в Историко-
художественном музее.
Главный философский труд Иммануила Канта – «Критика чистого разума», в котором он исследует природу человеческого познания и стремится разрешить конфликт между эмпиризмом (вера в опыт как источник знания) и рационализмом (вера в разум как основу знания). Эта философская книга, объединившая многолетние записки с размышлениями автора, была написана за несколько месяцев и стала основой для последующего развития науки, философии и этики. Идеи философа о границах разума, свободе воли, морали и эстетике сформировали основы современной мысли.
Кант умер 12 февраля 1804 года в возрасте 79 лет и был похоронен в профессорском склепе у северо-восточной стены Кафедрального собора. Он стал последним человеком, упокоившимся в нём. В 1880 году над могилой треугольной формы из гранитного камня была возведена неоготическая часовня. К концу Первой мировой войны (1918) её состояние оставляло желать лучшего, поэтому к 200-летнему юбилею Канта (1924) на месте старой часовни по проекту Фридриха Ларса было возведено новое сооружение в виде открытого зала с тринадцатью колоннами, чуть выступающее за периметр собора. Внутри зала установлен каменный гроб-кенотаф (символическая могила), останков философа в нём нет. Прах Канта – глубже под землей.
Деньги на строительство нового сооружения над могилой философа, а деньги по тем временам были очень даже приличные – 80 тысяч марок, пожертвовал крупный европейский промышленник Хуго Стиннес.
После Второй мировой войны из всего комплекса Кафедрального собора чудесным образом сохранилась только могила Канта, всё остальное было превращено в руины. Хотя, если оглянуться назад и пристально всмотреться в наше прошлое, то, думаю, можно сделать вывод о том, что в данном конкретном случае никакого чуда не произошло.
Вот что вспоминал о шедших в начале апреля 1945 года и продолжавшихся несколько дней ожесточённых боях за Кафедральный собор командир взвода связи 685-го стрелкового полка, герой Советского Союза, старший лейтенант Андрей Анисимович Белый. 7 апреля он как раз дежурил в штабе. Звонок по полевому телефону из штаба 193-й стрелковой дивизии. На том конце провода – начальник политотдела дивизии. Он и говорит дежурному связисту, что на участке наступления полка, у стен собора находится могила Канта. Соответственно, нужно принять все (возможные и невозможные!) меры, чтобы её сохранить. Срочно, мол, передайте этот приказ командиру полка...
Позже старший лейтенант Белый вспоминал, что он совершенно не понял этого требования начальника политотдела дивизии. Что за могила? Какого лешего её нужно сохранять?! Ну и ответил, что комполка в штабе нет. Он на передовой. И быстро найти командира, чтобы довести до него суть полученного им приказа, навряд ли удастся.
И тогда на том конце провода сказали буквально следующее:
– Кант был большим другом Карла Маркса. Сообщите об этом командиру полка.
Пользуясь тем, что собор как раз был укутан густым туманом, группа разведчиков стремительным броском выдвинулась к нему и нашла могилу Канта. После этого артиллеристам был отдан приказ – по правому крылу собора и прилегающей территории огонь не открывать...
Вот так, обычная пехтура, офицеры и рядовые бойцы 685-го стрелкового полка Рабоче-Крестьянской Красной Армии сотворили это чудо. И в том огненно-разрушающем смерче, который шёл-кружил по Кёнигсбергу в начале апреля 1945-го, могила Иммануила Канта уцелела. Её отреставрировали в 1996 году. И это была одна из первых работ по восстановлению Собора.
А в 1998 году на острове Канта открыли музей, посвящённый жизни и творчеству Иммануила Канта.
Памятники на острове Канта
«Пётр, оглядывая тёмного дуба столовую,
богато убранную картинами, посудой,
турьими рогами, тихо сказал Меньшикову:
«Прикажи всем настрого,
если кто хоть на мелочь позарится –
повешу на воротах…».
Алексей Толстой. «Пётр Первый»
(о первом визите Петра в Кёнигсберг)
Так уж сложились судьбы этих трёх людей, что их жизнь, тем или иным образом, в той или иной её части, была связана с островом Иммануила Канта (бывшим островом Кнайпхоф). Последний магистр Тевтонского ордена и первый правитель герцогства Прусского – Альбрехт – основал располагавшийся на острове Кёнигсбергский университет. Профессор Юлиус Рупп преподавал в нём. А последний русский царь и первый российский император – Пётр Первый – хоть и не был студентом этого авторитетного европейского учебного заведения, но во время своего первого визита в Кёнигсберг жил на Кнайпхофе. Поэтому, наверное, нет ничего удивительного в том, что памятники всем троим установлены на острове Иммануила Канта, в непосредственной близости от Кафедрального собора. Чуть западнее могилы великого немецкого философа-идеалиста расположен памятник основателю Кёнигсбергского университета герцогу Альбрехту. Он, секуляризировав земли Тевтонского ордена, преобразовал их в светское Прусское герцогство со столицей в Кёнигсберге и стал первым его правителем.
Памятник основателю университета
Один из самых близких сподвижников Мартина Лютера – Филипп Меланхтон – посоветовал герцогу открыть в Кёнигсберге университет, чтобы обеспечить герцогство в проповедниках новой лютеранской религии, в чиновниках, дипломатах, учителях, врачах, юристах. Первый университет в Кёнигсберге, открытый Альбрехтом 17 августа 1544 года на острове Кнайпхоф, недалеко от Кафедрального собора, назывался Академией. В память об основателе в 1656 году университету дали имя «Альбертина». Главным направлением университета было распространение немецкой культуры и лютеранства. Обучение проходило на четырёх факультетах: теологическом (богословском), юридическом, медицинском и философском. Математику и естественные науки преподавали на философском факультете. В восемнадцатом веке университет получил признание в Европе, а в начале двадцатого и всемирное признание. Рядом с могилой Канта у Кафедрального собора находится памятный знак с барельефом преподавателя Кёнигсбергского университета Юлиуса Руппа – теолога, профессора, общественного и церковного деятеля, основавшего в Кёнигсберге Свободную евангелическую общину «Друзья света».
Памятник профессору университета Юлиусу Руппу
Памятник установили 13 августа 1909 года в честь 100-летия со дня рождения Руппа. Бронзовый барельеф, закреплённый на большом камне, создала художница Кете Кольвиц, внучка профессора. В нижней части валуна, на котором укреплен барельеф, высечены слова Юлиуса Руппа на немецком языке: «Кто не живёт в соответствии с истиной, которую знает, тот является злейшим врагом этой истины». Со временем оригинальный барельеф был утрачен. На восстановленном в 1979 году, вместо портрета Юлиуса Руппа, был изображен его зять – Карл Шмидт. Ошибка обнаружилась, и 2 июня 1991 года торжественно открыли памятник с копией первоначального барельефа работы Харальда Хааке. Копию восстановленного барельефа профессора предоставила его правнучка – Ютта Бонке-Кольвиц. Слева от центрального входа в Кафедральный собор установлен памятник Петру Первому, а на фасаде собора размещена памятная табличка о посещениях им Кенигсберга в 1697, 1711, 1712, 1713, 1716 и в 1717 годах. Памятник из тёмной бронзы, созданный московским скульптором В. П. Мокроусовым в 1983 году, изображает юного царя в полный рост, опирающегося на руль корабля в те времена, когда Пётр Алексеевич закладывал свой потешный флот. Кстати, руль ботика выполнен с его подлинника, хранящегося в музее Переславля-Залесского.
Памятник Петру Первому
Первый раз Петр Первый посетил Кёнигсберг в 1697 году в составе Московского Великого посольства. Царь прибыл под именем дворянина Петра Михайлова на корабле «Святой Георгий». Посольство разместилось на западной оконечности острова Кнайпхоф. Сам Пётр остановился в двухэтажном доме с балконом купца Негеляйна, стоявшем прямо на берегу Прегеля. Его владелец, 29-летний Христофор Негеляйн, сын нюрнбергского купца, сам торговец и банкир, через 14 лет станет бургомистром Кнайпхофа. Вполне возможно, что на его авторитет повлияло и то обстоятельство, что русский царь в первый же свой приезд в Кёнигсберг сделал молодого Христофора своим доверенным лицом.
В Кёнигсберге Пётр обучался навыкам артиллерийского, бомбардирского и фортификационного дела.
По завершении дипломатической миссии Великого посольства были заключены договора между Россией и Бранденбургом «О подтверждении древней дружбы, о свободной торговле подданных обоих государств» и устное соглашение об оборонительном союзе.
Через несколько лет после возвращения Великого посольства в Россию, Петру пригодились знания, полученные им Кёнигсберге. Если внимательно ознакомиться с чертежами таких фортов нынешнего Кронштадта, как Кроншлот, Цитадель, Шанц, то можно обнаружить много общего с крепостью Фридрихсбург. А расположение заложенной зимой 1703-1704 года крепости, защищавшей подходы к Невской губе, оказались настолько удачными, что за всю историю Кронштадта мимо него к устью Невы не прошло ни одно неприятельское судно, что, в свою очередь, позволило первому российскому императору спокойно заниматься строительством новой столицы и начать европейские преобразования, давшие мощный толчок развитию страны.
Наша небольшая экскурсия, к сожалению, быстро закончилась, но остались самые приятные воспоминания об острове Кнайпхоф – сердце Кёнигсберга, сохранилось ощущение той особой атмосферы, которая присутствует в этом замечательном месте с многовековой историей и великой культурой.
|
Рецептов 49 
Статей 1015 
